Роман о люб­ви рос­сий­ско­го авто­ра: любовь и судь­бы людей в совре­мен­ном мире

3.

Про­шло несколь­ко дней, напол­нен­ных при­выч­ной рабо­той. И хотя Комов был занят новы­ми дела­ми, про смерть граж­да­ни­на Гри­ши­на не забы­вал, а вско­ре и дру­гие люди напом­ни­ли ему про этот слу­чай.

Сна­ча­ла заме­сти­тель началь­ни­ка отде­ла вызвал к себе и сооб­щил, что в след­ствен­ном управ­ле­нии к Комо­ву име­ют­ся вопро­сы в свя­зи с этой исто­ри­ей и ему долж­ны отту­да пере­зво­нить. А потом Комо­ву позво­нил сотруд­ник из город­ско­го след­ствен­но­го коми­те­та, пред­ста­вил­ся и дру­же­люб­ным, моло­дым голо­сом поин­те­ре­со­вал­ся, смо­жет ли он зай­ти к ним зав­тра, чтоб отве­тить на инте­ре­су­ю­щие вопро­сы, каса­ю­щи­е­ся его дей­ствий в квар­ти­ре умер­ше­го граж­да­ни­на Гри­ши­на.

Комов отклик­нул­ся на прось­бу неохот­но и, сослав­шись на загру­жен­ность, пред­ло­жил отве­тить на них по теле­фо­ну. Сотруд­ни­ка из след­ствен­но­го коми­те­та, по всей види­мо­сти, это не устра­и­ва­ло, но он про­из­нес всё еще дру­же­люб­ным и чуть пове­се­лев­шим голо­сом:

— Так, что при­ка­жи­те по повест­ке при­гла­шать вас, да?!

— Зачем? — недо­умен­но отве­тил Комов. — Вам нуж­ны мои пока­за­ния?!

— Пока нет, — отве­тил сотруд­ник, — но есть доста­точ­но важ­ные дета­ли, кото­рые мне необ­хо­ди­мо уточ­нить и жела­тель­но в очной бесе­де.

— Понят­но… — мед­лен­но про­из­нес Комов и, выдер­жав пау­зу, пред­ло­жил вре­мя для посе­ще­ния город­ской про­ку­ра­ту­ры.

— Отлич­но! Тогда до встре­чи, — отве­тил сотруд­ник и поло­жил труб­ку. А Комов еще неко­то­рое вре­мя сидел за рабо­чим сто­лом, раз­мыш­ляя о пред­сто­я­щей встре­че.

 ***

Сотруд­ник след­ствен­но­го коми­те­та, по фами­лии Поля­ков, в реаль­но­сти ока­зал­ся не моло­дым, а уже доста­точ­но зре­лым чело­ве­ком, но голос у него зву­чал всё еще моло­до и дру­же­люб­но, несмот­ря на воз­раст и солид­ную долж­ность.

Насто­ро­жен­ные, пыт­ли­вые гла­за Поля­ко­ва кого-то напо­ми­на­ли Комо­ву, одна­ко мас­сив­ная голо­ва с уже замет­ны­ми залы­си­на­ми и боль­шие, розо­вые уши пра­виль­ной фор­мы поче­му-то отвле­ка­ли его, и он не мог уло­вить само­го глав­но­го в обли­ке сотруд­ни­ка след­ствен­но­го коми­те­та.

— Мате­ри­а­лы из рай­от­де­ла мы полу­чи­ли, — про­из­нес Поля­ков и сде­лал пау­зу, погля­ды­вая с улыб­кой на Комо­ва, — и я их изу­чил, но мне необ­хо­ди­мо уточ­нить неко­то­рые дета­ли, посколь­ку 25 фев­ра­ля вы про­из­во­ди­ли осмотр квар­ти­ры на чет­вер­том участ­ке, где был обна­ру­жен труп ее вла­дель­ца… Я имею в виду граж­да­ни­на Гри­ши­на.

Поля­ков чуть задер­жал при­сталь­ный взгляд на Комо­ве и после ска­зал:

— Это важ­но в све­те после­до­вав­ших за этим собы­тий: ограб­ле­ни­ем квар­ти­ры покой­но­го Гри­ши­на, а так­же улич­ным ограб­ле­ни­ем в нашем горо­де его супру­ги, извест­ной вам граж­дан­ки Гри­ши­ной.

Комов не стал при­тво­рять­ся удив­лен­ным, а лишь сокру­шен­но пока­чал голо­вой и про­из­нес глу­хим голо­сом:

— Да, нелас­ко­во обо­шлись с несчаст­ной жен­щи­ной… Сплош­ные напа­сти!

— По пока­за­ни­ям Гри­ши­ной у ее мужа был с собой ноут­бук и, как мини­мум, один сото­вый теле­фон, — про­дол­жал гово­рить Поля­ков. — У вас в рапор­те ука­за­ны эти вещи, одна­ко после повтор­но­го осмот­ра квар­ти­ры они там обна­ру­же­ны не были и, сле­до­ва­тель­но, были похи­ще­ны пре­ступ­ни­ка­ми.

Поля­ков успел едва закон­чить послед­нюю фра­зу, как Комов тут же заго­во­рил, не оправ­ды­ва­ясь, а пояс­няя:

— В той ситу­а­ции изъ­ять их я по зако­ну не имел пра­ва, а в рапор­те они пере­чис­ле­ны.

— Да не в этом дело, Вик­тор Ива­но­вич! — Поля­ков впер­вые назвал его по име­ни и отче­ству. — Тут всё понят­но и нет ника­ких вопро­сов!

— Так в чем же дело? — спро­сил Комов, как мож­но серьез­нее.

Поля­ков слег­ка накло­нил­ся к Комо­ву и про­из­нес почти при­я­тель­ским тоном:

— Я ведь, Вик­тор Ива­но­вич, в мили­ции тоже рабо­тал и уве­рен, что вы, как насто­я­щий дозна­ва­тель, не лей­б­ла­ми любо­ва­лись, а все-таки вещи изу­ча­ли — на то вы и сыс­карь! — он сно­ва отки­нул­ся в крес­ле. — А как же ина­че?.. А ина­че и быть не может!

Комов решил не лука­вить, что­бы не вызы­вать у Поля­ко­ва подо­зре­ний.

«Луч­ше поде­лить­ся непри­ят­ной для меня инфор­ма­ци­ей, но изоб­ра­зить это сле­ду­ет прав­ди­во и кинуть это­му псу косточ­ку, а то ведь не отце­пить­ся!» — поду­мал он.

— Посмот­рел… а что? — нере­ши­тель­но начал Комов и уже более твер­дым голо­сом ска­зал. — Неиз­вест­но, как дело повер­нет­ся, а фак­ты… А фак­ты соби­рать надо — рабо­та такая!

— Понят­но, Вик­тор Ива­но­вич, — спо­кой­но ска­зал Поля­ков, вни­ма­тель­но посмот­рел на Комо­ва и доба­вил с нажи­мом в голо­се: — Ну и что?!

— В ком­пе, то есть в ноут­бу­ке, — попра­вил­ся Комов, — ниче­го инте­рес­но­го не обна­ру­жил, прав­да, вошел, как гость, без паро­ля. Воз­мож­но, что-то дру­гое там и есть, но тогда надо вхо­дить с паро­лем — покой­ник же мне его не оста­вил! — при этих сло­вах он раз­вел от доса­ды рука­ми. — А так ниче­го при­ме­ча­тель­но­го на вин­че­сте­ре не заме­тил… По теле­фо­ну еще про­ще: нашел в нем номер жены, нота­ри­уса, кажет­ся, Смо­ли­на, реги­стра­ци­он­ной пала­ты, мест­ной фир­мы «Жил­строй­ком­плект» и тор­го­во­го цен­тра «Мой дом»… Я их, поэто­му даже не запи­сал. И одна эсэм­эс­ка — от жены, с дан­ны­ми авиа­рей­са… Вот, пожа­луй, и всё.

Комов замол­чал, а Поля­ков, погла­жи­вая паль­ца­ми высо­кий лоб, уста­вил­ся взгля­дом в сто­леш­ни­цу казен­но­го сто­ла. Нако­нец он ото­рвал свой взгляд, посмот­рел на Комо­ва не про­сто вни­ма­тель­но, а почти при­сталь­но и спро­сил, сохра­няя дру­же­люб­ный тон:

— И боль­ше ниче­го, Вик­тор Ива­но­вич?!

— Соб­ствен­но, да… — отве­тил Комов, выдер­жи­вая на себе взгляд Поля­ко­ва и, чуть пого­дя, ска­зал уве­рен­ным голо­сом: — При­чин и осно­ва­ний для про­ве­де­ния дос­ко­наль­но­го осмот­ра в пол­ном объ­е­ме не было. Если бы Гри­шин лежал в сво­ей квар­ти­ре с про­стре­лян­ной голо­вой, тогда дру­гое дело… А в тот раз ситу­а­ция была совсем иная!

— Понят­но… Всё понят­но, Вик­тор Ива­но­вич! — Поля­ков не давал ему дого­во­рить. — Я вас ни в чем не виню — пой­ми­те меня пра­виль­но!

Поля­ков замол­чал, раз­мыш­ляя, а затем спро­сил:

— Вик­тор Ива­но­вич, вы чело­век моло­дой, как гово­рят, про­дви­ну­тый… Напря­ги­те, пожа­луй­ста, свою память и попы­тай­тесь вспом­нить… В самом ноут­бу­ке, рядом, где-то в ком­на­тах не нахо­ди­лись внеш­ние жест­кие дис­ки, флэш­ки или что-то похо­жее?

Комов заду­мал­ся, но нена­дол­го.

— В ноут­бу­ке и рядом ниче­го подоб­но­го не было — это точ­но! — уве­рен­но начал он. — В пись­мен­ном сто­ле я нашел пас­порт вла­дель­ца квар­ти­ры и в даль­ней­шем уже ниче­го не искал. А вот про ком­на­ты и про­чее ниче­го ска­зать не могу… Диск, тем более флэш­ку, так поло­жить или при­пря­тать от посто­рон­них глаз мож­но, что толь­ко с обыс­ком обна­ру­жишь!..

Комов замол­чал, пожав пле­ча­ми, слов­но под­твер­ждая этим, что доба­вить к ска­зан­но­му уже ниче­го не смо­жет. Еще он успел пред­по­ло­жить, что новых суще­ствен­ных вопро­сов от Поля­ко­ва не после­ду­ет. Так оно и про­изо­шло: тот задал ему пароч­ку вто­ро­сте­пен­ных вопро­сов и они вско­ре рас­ста­лись.