Любовный роман. Читать онлайн истории о любви и судьбах людей

 2.

Родители Комова — обыкновенные люди, без больших чинов и высоких званий, унаследовали от эпохи развитого социализма квартиру в типовом панельном доме, и к ней в придачу, неприметные им безгрешным, родимые пятна того времени.

Многие из нас — наследники жертв, меньшинство — наследники палачей, а большинство — жертвы наследия. Вот и родители Комова оказались обыкновенными жертвами наследия огромной страны.

Страна же представляла собой странное месиво бесконечных барахолок с огромными помойками и эта опасная жижа, как грязевой поток, расползалась во все стороны, угрожая ее затопить или взорвать.

Негромкий, но верный принцип: «Лучше быть плохим инженером, чем хорошим сантехником… И лучше жить на Северном Кавказе, чем на Южном Сахалине!», негласно торжествовавший в их эпоху, нынче безнадежно устарел, и в эпоху переходной экономики, именуемую теперь диким рынком, переменился кардинально и из уст родителей звучал для их взрослеющего сына уже несколько иначе: «Лучше быть простым юристом, чем безработным инженером…»

Правда, на Северном Кавказе стало жить неуютно, однако, как и раньше, на рынке труда высоко котировались трезвые и умелые сантехники, но родители Комова об этом скромно умалчивали. Таким образом, следуя новомодному принципу, молодой Комов, к удивлению несведущих людей, стал учиться на юриста в местном филиале академии МВД.

После окончания юрфака академии, как и положено, Комов оказался на службе в милиции. Он считал такое начало далеко не худшим вариантом для жизненного старта: во-первых, уже не так пугала служба в армии, в которой ещё творился беспредел и где-то всё ещё продолжали воевать, а во-вторых, работа в правоохранительных органах приносила пусть пока небольшой, но стабильный заработок.

Предшествующие годы выдались смутными — многие в новой жизни утонули, потому что не могли грести под себя. Комов работал оперуполномоченным в одном из подразделений криминальной милиции большого областного города и учился плавать в этой новой жизни.

***

Комов уже привык за время службы получать указания от людей, у которых слова будто на вес золота, но испытывал при этом некий душевный дискомфорт и не любил по этой причине часто общаться с начальством.

— Четвертый участок… Пропал владелец квартиры, — доносилось до Комова.

— Квартиру будет вскрывать МЧС в 15.00, — продолжало монотонно звучать из начальствующих уст, — а жилец там не простой…

Комов очнулся и, преодолевая послеобеденную дрёму, собрался что-то спросить, но уже раздалась звонкая, как восклицательный знак, команда:

— Комов, свяжитесь с участком и выезжайте!

Так, по заданию заместителя начальника отдела, он отправился на одну из квартир элитного, по нынешним меркам, дома, владельцем которой с недавних пор являлся гражданин Гришин Сергей Миронович.

Обстоятельства дела оказались самыми банальными: к Гришину из другого города прибыла жена, которую он обещал встретить в аэропорту, но не встретил, а на ее телефонные звонки и вызовы через домофон не отвечал.

После обычных в таких случаях проволочек, связанных с выяснением данных о владельце квартиры, личностях проживающих там людей и их отношений с гражданкой Гришиной Светланой Петровной, в милиции решили вскрыть входную дверь квартиры и провести ее осмотр с согласия законной супруги Гришина.

Комов прибыл на место вовремя и, как только сотрудники МЧС открыли входную дверь, он вместе с участковым милиционером прошел в зал, где сразу же увидел лежащего на полу, рядом с диваном, человека с распростертыми руками. Пульс и дыхание у него отсутствовали. А то, что бездыханное тело и есть мертвый владелец квартиры Гришин, догадаться было несложно по крикам и рыданиям супруги покойника, которую удерживал и успокаивал участковый, еще совсем молодой парень, почти ровесник Комова.

Явных следов насильственной смерти на теле Гришина не было, как и нечего подозрительного в зале. Удостоверившись в этом, Комов приступил к осмотру остальных помещений квартиры.

Он заглянул в спальную комнату, осмотрел ее и, не найдя там ничего примечательного, перешел в другую комнату, похожую на кабинет, где на письменном столе лежал открытый ноутбук, сотовый телефон, ключи и еще какие-то неприметные мелочи. Комов прикоснулся к манипулятору ноутбука, и ему улыбнулась удача — тот ожил, засветился монитором и оказался в рабочем состоянии, не затребовав при этом никакого пароля.

Комову просто повезло и, как говорят в таких случаях дознаватели, пруха сама шла ему в руки. Он пробежал глазами по нескольким страницам открытого файла. Текст больше походил на дневник или чьи-то воспоминания, чем на заурядное чтиво. Комов попытался открыть файлы на флэшке, воткнутой в ноутбук, но тут его ожидало разочарование: для открытия файлов требовались пароли. Комов больше наугад, чем на удачу, выдвинул справа среднюю полку письменного стола, и ему опять повезло — он заметил внутри почти пустой полки паспорт владельца квартиры.

Он достал мобильник, быстро набрал некоторые паспортные данные, добавил что-то от себя и отправил сообщение близкому приятелю, имеющему законный доступ к информационным ресурсам компетентных органов.

Ожидая ответа, Комов вставил в свободный порт свою флэшку, скопировал содержимое чужой флэшки, а затем файл, открытый ранее теперь уже мертвым владельцем ноутбука, поскольку убедился, что этот файл, возможно, тоже защищен паролем. Комов спешил, поэтому быстро оценил содержимое ноутбука и, не заметив ничего более интересного, закрыл файл, похожий на чьи-то воспоминания, и попытался открыть его снова, но файл без пароля открываться больше не хотел.

«Да, занятный случай, — подумал он, усмехаясь, — кругом одни пароли… И зачем они сдались покойнику?»

Комов взял со стола мобильник владельца квартиры и убедился, что тот включен.

— Пруха продолжается, — произнес Комов вслух и удивился своему голосу — он показался ему чужим и чем-то напоминал неживой голос акустического робота.

Однако изучив телефонную книгу и журнал звонков в мобильнике усопшего, Комов убедился, что с информацией там не густо. Эсэмэски отсутствовали, кроме сообщения жены с номером рейса, датой и временем прибытия самолета в аэропорт.

Он торопливо вписал необходимую информацию в блокнот своего мобильника и тут же раздался сигнал пришедшего сообщения. Комов, читая его, слегка присвистнул от изумления: «Вот тебе и дедок… Вот тебе и Гришин!»

Удивление прошло быстро, а в последующую минуту у него в голове пронёсся шальной ураган еще неосмысленных гипотетических сценариев — у Комова задавило в висках, ему стало душно и он, слегка отпустив галстук, выключил ноутбук и неожиданно замер, размышляя.

Мелькнула мысль, что он вроде бы не всё еще сделал, не выполнил до конца всего необходимого, но это всё никак не было связано с его служебными обязанностями, с какими-то инструкциями или чем-то подобным.

Комов, что-то пробормотав, резко закрыл крышку ноутбука, вынул из розетки кабель питания, а после секундных колебаний выдернул из ноутбука чужую флэшку и судорожным движением засунул ее в карман брюк.

Он устало присел на стул, провел ладонью по взмокшему лбу и затем машинально раскрыл паспорт владельца квартиры. В это время дверь в комнату приотворилась и в нее заглянул участковый милиционер.

— А документы нашли? — спросил он тихим голосом.

Комов кивнул в ответ головой и сказал почти заученно:

— Вызывай скорую с врачом… И ситуацию объясни, а то, чего доброго, пришлют практикантов!

— Уже вызвал! — ответил тот и скрылся с обиженным видом.