Архив за месяц: Май 2014

Читайте и перечитывайте классику

Прочитал в одном «толстяке», которой кто-то еще по инерции считает ВДЛХ (выставкой достижений литературного хозяйства), современный рассказ московского журналюги-удошника, побывавшего в «творческой командировке» в местах не столь отдаленных. «Толстяк» мне знаком с той поры, когда его нынешний редактор в пионерах ходил. В памяти еще многое сохранилось – есть, что с чем сравнивать. Но не буду пинать «толстяков» — жизнь у них сегодня несладкая, правда, ВДЛХ им хочется казаться и сейчас. Впрочем, казаться никому не запретишь. А вот рассказ про «зону наказания» откровенно разочаровал. На восемь страниц текста двадцать одна авторская ссылка на «полуфеню». Тема, прямо скажем, нынче не в почете, уже вдоль и поперек перепаханная. Чтобы в ней «нарыть» что-то не только новое, но еще и настоящее — задача очень сложная. Автор рассказа не отметился ее решением. И, похоже, для него одной «творческой командировки» оказалось маловато. Чтоб понять суть «зоны наказания», наверное, необязательно ее изучать на себе от «общака» до «крытки» да еще без УДО.

Я был знаком с одним апологетом зоны, который намеренно проделал этот путь, но, к сожалению, такие ухари в писаки не рвутся, поэтому не радуют нас рассказами и романами о настоящем. Из таких лично мне запомнился лишь Ахто Леви со своими «Записками серого волка».

Автор же этого рассказа называет зону «черным зверем, лежащим на боку». И кроме этой метафоры, облизанной автором со всех сторон, пожалуй, нового в нем ничего больше нет. И даже с обилием сносок на блатной жаргон рассказ на настоящее никак не тянет. В общем, выражаясь по теме, размалеванная туфта без жизни, без настоящего, но со всеми атрибутами «мифического реализма». Такого добра, созданного по этому творческому методу, хватает. И таким добром нынче кому-то морочат головы.

Зона — не зверь, тем более лежащий на боку. Это двуногий, прямоходящий и он стоит перед вечным выбором: стать человеком или зверем. И этот выбор перед каждым, и почти всегда — неважно, кто он и где сейчас находится. Подняться выше «мифического реализма» автор рассказа не смог, как, видимо, и другой его сосед из этого же «толстяка», однако уже из иной зоны — «зона затопления». Но это уже другая история.

Чтиво и его коммерческие жилы

Последнее время настольной книгой стали «Несвоевременные мысли» М.Горького (Издательство «Советский писатель», 1990). Почитываю сейчас внимательно — обстановка подталкивает.

Помню, эта книга вызвала в 1990 году на короткое время некий информационный шум. На исходе перестройки, на пороге грядущего развала СССР она была очень актуальна. Правда, практической пользы на последующие события не оказала, видимо, не до нее было — пришла эпоха «Великого хапка»  и все спешили! Да и сейчас мысли пролетарского писателя, основателя соцреализма, как его называли до этого развала, остаются не менее актуальными и, наверное, будут такими надолго, а, может, навсегда. В этом и заключается сила настоящего слова!

Это книга — не чтиво, которым сейчас почти силком потчуют рядового читателя, простого обывателя. Рассмотрим две основные, коммерческие жилы это продукта.

Жила первая — фантастические произведения. Этот всеядный жанр размыт и у него множество клонов. От любовной патоки, до леденящих ужасов с бурными потоками крови. Самое главное, было бы занимательно, захватывающе, забавно, забойно (убойно) и т.п. Чем и как это достигается?!.. На этот вопрос нет смысла отвечать подробно, но если коротко, то просто щедро и красиво врите (в политике это называется популизмом, а тут попсой) — и успех обеспечен.

Жила вторая — исторические произведения. Это, по большому счету, что и жила первая только на основе исторических дат, событий, фигур. Всё это, как правило, не держится даже минимуме подлинных исторических документов и сведений, но зато с манипуляцией чужих воспоминаний (не всегда правдивых), сомнительных ссылок, анекдотов, слухов, сплетен и т.п. Правда, патоки поменьше, а с ужасами и кровью всё в порядке. И всё это чаще в духе «исторических игр»: если бы да кабы и тому подобное…

И вот такие две «обильные реки» льются со всех сторон на тех, кто научился читать. Что же они начнут думать после этого?.. По-моему, этот вопрос лучше адресовать самому читателю, тому, кто черпает из этих рек… Вода питьевая у нас во многих местах неважная, можно сказать, вредная. А тут еще эти «обильные реки». Не многовато ли для физического и душевного здоровья простого обывателя?.. Особенно с учетом того, что кто-то всё еще ждет: когда же в нем проснется полноценный гражданин?!.. Только дождется ли?

Почему?!

«Почему у нас всё не так, как у людей?» — слышу я этот почти риторический вопрос с младенческих лет и до сих пор. Люди, которым есть с чем и что сравнить, кивают за бугор: там, мол, не всё, но, по крайней мере, многое реально делается для большинства людей. А у нас, мол, не так — больше говорят об этом, но делает гораздо меньше, да чаще через пень колоду.

То, что у них, по-другому, в этом, я лично считаю, огромную и решающую роль сыграла гражданская активность населения, полноценное местное самоуправление и, безусловно, либералы во власти. Правда, там, за бугром, пытаясь всем угодить, они, похоже, потеряли чувство меры и незаметно превращаются, как их сейчас обзывают в сети, в «либерастов» и не в «зеленых», а в «коричневых человечков». И в этом есть не только доля правды, а реальная опасность разрушения, как говорят сейчас, традиционных ценностей и возрождения новых версий фашизма. И с этим нельзя не согласиться, если взглянуть на это честно с позиций исторического прошлого.

Что до нас, то на рубеже 19-20 веков Россию подвело к трагедии отсутствие в обществе ответственных элит, доверчивость и озлобленность во многом еще тёмного, малограмотного народа. В 20 веке войны и репрессии сделали свое «чёрное дело». Варварски был разрушен уклад, традиции, а самое главное были понесены и принесены безумные человеческие потери и жертвы. За Великую Победу над фашизмом СССР заплатил самой дорогой ценой в мире.

И вглядываясь в сегодняшнее зеркало, мы можем обнаружить в себе еще много безобразного и ненужного, которое унаследовали не только из прошлого, но и приобрели за последние десятилетия так называемой свободы. Мы должны избавиться от социальной инертности, бездушия, глухоты и слепоты, чтоб стать достойными подвига, совершенного поколениями наших предков. И должны, извиняюсь за выражение, эффективно «пахать» не только на себя, но и на нашу общую, большую Родину. Вот тогда, возможно, не будет больше звучать этот уже надоевший вопрос: «Почему у нас всё не так, как у людей?»

Про войну перед праздником

На «КК» показывают д/ф «Моя великая война». Он вышел года четыре назад, поэтому ко Дню Победы его повторяют. Фильм незатейливый и стержень каждой серии — это личные воспоминания непосредственных участников ВОВ — простых, обычных людей без высоких титулов и званий, переживших войну и живущих в 21 веке.

Конечно, всем им здорово повезло. По крайней мере, один раз неслыханно, что они выжили в этой страшной войне, и во второй раз им улыбнулась судьба, когда их сняли в этом фильме. Они хоть таким образом заслуженно запечатлены и отмечены в исторической летописи Великой Победы.

Вчера был фильм про батальонного, а потом полкового минометчика, ставшего после художником. Запомнился особо последний кадр, когда он надел обычный пиджак, на котором были два ордена и всего несколько медалей, но боевых. Старый солдат оставил только их, а многочисленные юбилейные медали и прочие знаки, видимо, посчитал ненужными для прощальных кадров. В каком-то смысле это очень символично, в этом часть того, что мы называем духом Победы и сутью советского солдата.

Безусловно, бывшему минометчику повезло, возможно, даже больше, чем Неизвестному Солдату у Кремлевской стены, которому поклоняются и будут поклоняться миллионы людей еще не один век.

Минометчик сообщил такую подробность, которая тогда удивила его самого: в 1943 году, на фронте, еще находились те, кто предпочитал плен тяжелой, непростой солдатской судьбе. Может быть, им были важны тогда не ратные дела, а желанный плен, и они, спасая свою шкуру, возможно, выжили и сейчас еще где-то живут. Но в истории, в народной памяти, они не остались… Они там просто не существуют.

И еще мы знаем, что сотни тысяч, а может гораздо больше, достойно выполнив свой солдатский, офицерский долг, заплатили своей жизнью за нашу Победу, но так и остались неизвестными героями этой войны… Вот их нам надо вернуть в нашу историю, они пока еще незримо, но навечно связаны с Победой.

Про полено в тесте

Говорят, что Л.Н.Толстой очень любил, высоко ценил и часто читал вслух «Душечку» А.П.Чехова. И ему даже приписывают слова, что он, мол, отдал бы за коротенькую «Душечку» Чехова свою двухтомную «Анну Каренину».

Такие женщины, как Оленька Племянникова, были всегда и везде: две тысячи лет назад, сейчас, и будут, пока существует мир, вот поэтому, как мне кажется, Л.Н.Толстой так восторгался этим рассказом. А вот в России 19 века, тем более в петербургском свете, прототипа женщины, как аристократка Анна Каренина, да еще  с броском под колеса поезда, никогда не было и не могло быть.

По большому счету, роман Толстого — это роман-фэнтези великого реалиста, и в нем отражена не только выдуманная им трагедия главной героини — женщины вне реального русского мира, а еще и личная трагедия самого автора, конец которой всем известен. Но чтобы позволить себе этакий «фэнтезийный реализм», надо быть таким титаном, как Л.Н.Толстой.

Чистого реализма, как известно, нет, лишь случайная фотография, пожалуй, может претендовать на него. Поэтому «реализмов» много и трудно их построить в шеренгу. Недавно нас покинул Габриэль Маркес — великий мастер «магического реализма» в прозе. Но искусство вечно — оно рождает новых мастеров и новые направления. Вслед за «фэнтезийным постмодернизмом», «метафизическим» и «сослагательным»  реализмом, появилось что-то похожее на «мифический реализм»… Это, видимо, новый шаг наших отечественных творцов в литературе и кино, когда творение (продукт) покрывают глазурью правдоподобия, посыпают различной крошкой: всем тем, что есть под рукой (немного экзотики, немного эротики, немного абсурда, немного гламура и т.п.), а затем выдают (продают) это творение (продукт) как правду жизни — бывает что расходится очень хорошо, как горячие пирожки!

Из пустоты ничего не возникает… Мифы всегда рождаются народами из реальной жизни, поэтому они вторичны. А с «мифическим реализмом» всё наоборот: сначала его творцы (авторы) придумывают миф, который затем подгоняют под реальность, делая его как бы реалистичным — вот и всё!

Правда, лично мне этот «мифический реализм» напоминает, скорее, полено, запечённое в тесте, как однажды образно подметил один очень известный пролетарский писатель — основоположник социалистического реализма. Так, в его бытность лихие люди дурили народ с хлебом. А сейчас подобным образом дурят читателей, получая за это «литературных слонов».